Событие

Беседу вела Яна Клевцова

Фотографии предоставлены PR-службой музея

16 октября 2025 года в Москве в стенах Музея русского импрессионизма открылась выставка «Свой человек. Владимир Гиляровский». Это амбициозный проект, ставящий своей целью не просто проследить жизненный путь знаменитого журналиста и писателя, но и воссоздать атмосферу той Москвы, которую он видел и описывал: город рубежа XIX–XX веков, с его контрастами, улицами, людьми и технологическими переменами. Выставка готовилась при участии Политехнического музея и занимает экспозиционные залы на трех этажах, предлагая посетителю одновременно художественный, биографический и технологический ракурсы времени Гиляровского

О выставке

Выставка «Свой человек. Влади­мир Гиляровский» продлится с 16 октября 2025 по 25 янва­ря 2026 года. Она организована как совместный проект Музея русского импрессионизма и Политехнического музея. Главная концепция — показать Москву через призму жизни и взгля­дов Гиляровского, его роль как «своего человека» — и в обывательской среде, и среди культурной и интеллигент­ской элиты.

Экспозиция разбита на три темати­ческих уровня:

• На нижнем уровне (−1-й этаж) — «Московская атмосфера»: картины и графика, посвященные обличью Москвы, ее улицам, зданиям и жите­лям конца XIX — начала XX века. Здесь представлены произведения худож­ников-реалистов и тех, кто работал в столице: Валентина Серова, Ильи Машкова, Константина Юона, Оль­ги Розановой и др. Среди жемчужин экспозиции — портрет Гиляровского кисти Сергея Малютина, впервые при­везенный в Москву из Астраханской государственной картинной галереи имени П. М. Догадина.

• На среднем уровне (2-й этаж) — биография и окружение Гиляровского: здесь через произведения живописи и графики раскрываются основные жизненные перипетии героя, от скита­ний по русской провинции до москов­ской жизни короля репортеров. В этой части также галерея портретов людей, близких Гиляровскому: Шаляпина, Чехова, Горького и др.

— Что послужило отправной точкой и главным мотивом создания выставки — юбилей писателя, музейная инициатива или запрос аудитории?

— Идея собрать выставку, посвящен­ную Владимиру Гиляровскому и его времени, возникла летом 2023 года, когда мы работали над экспозицией «Автор неизвестен. Коснуться глав­ного». Тогда среди экспонатов был женский портрет начала 1920-х годов из фондов Дома русского зарубежья имени Александра Солженицына, который до поступления в музейное собрание хранился у Николая Морозо­ва, личного секретаря Гиляровского. Репортер Гиляровский писал не только о пожарах, кражах, убийствах и прочих происшествиях в Москве, он живо интересовался искусством, дружил с художниками, даже был автором ряда критических статей об учениче­ских выставках МУЖВЗ (Московского училища живописи, ваяния и зодче­ства) и «ругательски ругал» мастеров объединения «Бубновый валет».

Владимир Гиляровский — «свой человек» в Москве любой эпохи

Он был репортером, которому откры­вались двери и полицейских участ­ков, и артистических гримерок. Его называли «королем репортеров» — он знал город как свои пять пальцев, писал о пожарах, трущобах, купцах и актерах, дружил с Чеховым, Шаля­пиным и Левитаном. Гиляровский стал символом Москвы конца XIX — начала XX века — города живого, противо­речивого, шумного и человеческого. Гиляровский не просто описывал Москву — он искренне ее любил. Его репортажи и очерки до сих пор читаются как хроника города, кото­рый бурлит и, как известно, никогда не спит.

— Как вы подбирали художественные произведения и технические артефакты?

— Одним из важнейших критериев была взаимосвязь художников с МУЖВЗ и более узко — непосред­ственно с Владимиром Гиляровским и художественным кружком «Среда» Владимира Шмаровина, активным участником которого был репортер. Однако мы не ограничивались произ­ведениями представителей реалисти­ческого направления. Стремительно меняющееся время, динамику жизни Гиляровского наиболее точно изобра­жали молодые экспериментаторы-авангардисты. Именно поэтому раздел выставки «Старая новая Москва» начинается с сопоставления двух стилистически разных произведений: реалистически точно исполненного «Портрета Владимира Гиляровского» Сергея Малютина и кубофутуристи­ческой композиции «Москва. Синте­тический город» Александры Экстер. Эта работа была написана художницей во время ее недолгого пребывания в Первопрестольной. Экстер удиви­тельно точно удалось передать гра­ничащую с хаосом динамику вечно меняющегося города. Словно сквозь цветные стеклышки калейдоскопа мы смотрим на колокольню Ивана Велико­го, купола храма Василия Блаженного. Комбинации граней и цветных плоско­стей создают ощущение непрестанного движения, бурной энергии Москвы.

В экспозицию вошли именно те модели телефона, телеграфного аппарата, камер «Кодак», граммофона и прочих предметов, которые Гиляровский лично мог приобрести в Москве и пользоваться в работе и в быту

За полвека жизни в столице, а точнее 54 года, Владимир Гиляровский стал свидетелем беления стен и башен Кремля, строительства храма Христа Спасителя на Волхонке, сооружения роскошных усадеб с парками и уже в советское время — сноса церквей, разгона притонов Хитрова рынка и строительства московского метро.

Сергей Малютин. «Портрет Владимира Гиляровского». 1915. Астраханская государственная картинная галерея имени П. М. Догадина

С подбором технических артефак­тов нам очень помогли коллеги из Политехнического музея, ставшего соорганизатором выставки «Свой человек. Владимир Гиляровский». В экспозицию вошли именно те моде­ли телефона, телеграфного аппарата, камер «Кодак», граммофона и прочих предметов, которые Гиляровский лич­но мог приобрести в Москве и пользо­ваться в работе и в быту.

 — С какими трудностями столкнулись при выборе экспонатов из частных и государственных собраний?

 — Во время подготовки выставки мы почувствовали активную поддержку коллег из государственных музеев и частных коллекционеров, к кото­рым обращались с запросами. Многие экспонаты, среди которых великолеп­ный портрет Михаила Лентовского кисти неизвестного художника из собрания Театрального музея имени А. А. Бахрушина, были специально отреставрированы к нашей выставке.

— Что, на ваш взгляд, наиболее ярко иллюстрирует дух той Москвы, кото­рую видел Гиляровский, и можно ли это увидеть сегодня?

 — Извозчики, трактиры, рынки и вы­вески! Увы, это исчезнувшая натура. Москву и сейчас нельзя назвать тихим городом, но во времена Гиляровского в городе грохотали экипажи, телеги, цокали копытами лошади, на разный лад кричали разносчики товаров, ругались извозчики. Фасады домов пестрели самыми разнообразными вывесками. Мне было важно предста­вить несколько подлинных вывесок в экспозиции. Молодые авангардисты Ларионов, Кончаловский, Машков, Лентулов, Моргунов, Фальк и другие создавали новое искусство не только под влиянием произведений француз­ских мастеров, с которыми они знако­мились в собрании московского купца Сергея Ивановича Щукина, вдохнов­лялись они и народным искусством.

Александра Экстер. «Москва. Синтетический город». 1914. Собрание Иветы и Тамаза Манашеровых, Москва

— Почему вы решили включить техно­логический блок с предметами науки и техники? Не слишком ли это смело для историко-литературной темы?

 — Автор сенсационных репортажей Гиляровский, как никто другой, ценил скорость и технический прогресс. В его квартире в Столешниковом переулке был установлен один из пер­вых в городе телефонных аппаратов (мы даже знаем номер его телефона: 10–52), дядя Гиляй не расставался с личным «Кодаком», активно поль­зовался телеграфом. С курьерским поездом сравнивал Гиляровского его друг Антон Чехов, который оста­вил яркие воспоминания о встречах с Гиляем, его неуемной энергии и лю­бопытстве. Словно несколько жизней прожил Гиляровский: в юности застал бурлаков на Волге и даже поработал один сезон (пароходы вытесняли суда прошлых поколений, и эта профессия исчезала), объезжал лошадей в астра­ханских степях, служил разведчи­ком-пластуном в армии во время Русско-турецкой войны 1877–1878 годов, выступал на арене цирка и театральных подмостках. И все это за 10 лет! В начале 1880-х Гиляровский оседает в Москве, и начинается новый этап, сделавший ему имя «короля репортеров». В погоне за эксклюзивом он лично летал на воздушном шаре с воздухоплавателем Вильгельмом Бергом, писал про легендарный полет химика Дмитрия Менделеева, следил за первыми авиаторами, неоднократ­но освещая опаснейшие эксперимен­тальные полеты Сергея Уточкина. Поэтому рассказ о нем без упомина­ния научно-технического прогресса не получился бы таким емким.

Извозчики, трактиры, рынки и вывески! Увы, это исчезнувшая натура. Москву и сейчас нельзя назвать тихим городом, но во времена Гиляровского в городе грохотали экипажи, цокали копытами лошади, на разный лад кричали разносчики товаров

— Как сочетается текстовое насле­дие Гиляровского (его очерки, статьи) с визуальной частью выставки? Был ли принцип контрапункта, диалога между словами и образами?

— В экспозиции, за исключением кратких кураторских комментариев к разделам, все тексты Владимира Гиляровского из двух его главных книг: «Мои скитания» и «Москва и москвичи». Нам видится важным сохранение в экспозиции прямой речи героя выставки.

— Какой из экспонатов — художествен­ный или технический — вы считаете сердцем выставки, тем, что способно особенно задеть посетителя?

— Были ли споры или сомнения при построении экспозиции: что оставить, а что исключить?

— Споры и сомнения — неотъемлемая часть рабочего процесса. Но мы пред­лагаем оставить их за кулисами.

— Какую роль в проекте сыграло сотруд­ничество с Политехническим музеем и в какой мере технологическая часть независима или органична по отношению к художественной?

— Владимир Гиляровский бывал в Политехническом музее и отмечал в одной из статей: «Вчера в Политех­ническом открылась выставка электричества. Публика глазеет на «чуде­са» — телефоны, фонографы, лампы накаливания. Дети тычут пальцами в диковинные машины, купцы кре­стятся, а инженеры снисходительно улыбаются». Будь Гиляровский нашим современником, он бы наверняка был в восхищении от нынешних техноло­гических возможностей. Предметы, предоставленные Политехническим музеем, соорганизатором выстав­ки, являются неотъемлемой частью проекта. Владимир Гиляровский был поистине многолик и многогранен. И в нашем выставочном проекте мы старались это показать.

Будь Гиляровский нашим современником, он бы наверняка был в восхищении от нынешних технологических возможностей. Предметы, предоставленные Политехническим музеем, соорганизатором выставки, являются неотъемлемой частью проекта

— Планируется ли цифровая или VR-версия выставки, чтобы сделать ее более до­ступной для удаленных зрителей?

— Для любителей искусства, которые не могут посетить наши выставки, мы всегда готовим видеоэкскурсии и делимся ими в соцсетях музея. Этот проект не станет исключением.

— Какие реакции вы уже фиксируете от публики и что, по вашему мнению, будет главной задачей после откры­тия — удержать интерес, дать новую интерпретацию или мотивировать к дальнейшему чтению Гиляровского?

— Я считаю важным выставочными проектами пробуждать в зрителе ин­терес и любопытство для дальнейших самостоятельных исследований. Если после выставки «Свой человек. Влади­мир Гиляровский» гости музея про­читают или перечитают одну из книг Гиляровского или решат прогуляться по Никитскому бульвару, заглянуть во внутренний дворик дома Н. В. Гоголя, чтобы увидеть портрет дяди Гиляя (в образе Тараса Бульбы) в бронзе на постаменте памятника писателю Николая Андреева, я буду считать свою работу как куратора выполненной.