22 декабря 2016

Пиросмани и другие

Осенне-зимний выставочный сезон в музеях Москвы богат яркими и разнообразными событиями. Длинные очереди не пугают посетителей, стремящихся увидеть шедевры из собрания Ватикана или картины из французских и итальянских музейных коллекций. Посещение выставок стало модным трендом, а публика внимательно следит за обновлением музейной программы, бронируя входные билеты заблаговременно. Фонд U-ART совместно с Государственным музеем изобразительных искусств им. А.С. Пушкина подготовил проект, входящий в череду блестящих выставок зимы 2016/17 и выделяющийся среди них своим замыслом

В Пушкинском музее впервые представлены работы крупнейших грузинских художников первой трети XX века

Текст: Ольга Муромцева

Нико Пиросмани (Пиросманашвили). Князь с рогом вина. 1909

Осенне-зимний выставочный сезон в музеях Москвы богат яркими и разнообразными событиями. Длинные очереди не пугают посетителей, стремящихся увидеть шедевры из собрания Ватикана или картины из французских и итальянских музейных коллекций. Посещение выставок стало модным трендом, а публика внимательно следит за обновлением музейной программы, бронируя входные билеты заблаговременно. Фонд U-ART совместно с Государственным музеем изобразительных искусств им. А.С. Пушкина подготовил проект, входящий в череду блестящих выставок зимы 2016/17 и выделяющийся среди них своим замыслом

Выставка «Грузинский авангард: 1900–1930−е. Пиросмани, Гудиашвили, Какабадзе и другие художники. Из музеев и частных собраний» открыта для посетителей с 8 декабря 2016 года по 12 марта 2017−го. Впервые в истории современной России на выставке экспонируются вместе работы выдающихся грузинских художников-авангардистов первой трети XX века. На трех этажах здания Отдела личных коллекций ГМИИ им.  А.С. Пушкина представлены живопись и графика Нико Пиросмани, Ладо Гудиашвили, Давида Какабадзе, Кирилла Зданевича, Петрэ Оцхели, Зиги Валишевского, Ираклия Гамрекели и других художников. Экспозицию дополняют прижизненные издания авангардистов, киноплакаты, театральные костюмы, архивные материалы и кинопоказы.

К участию в выставке были приглашены крупнейшие музеи России (Государственная Третьяковская галерея, Государственный Русский музей, Государственный музей Востока, Государственный центральный театральный музей им. А.А. Бахрушина и др.) и коллекционеры России и Грузии. Благодаря объединению работ из частных и музейных собраний кураторам выставки – Ивете Манашеровой и Елене Каменской – удалось собрать уникальную экспозицию, в которой представлено более 20 произведений Нико Пиросмани (Пиросманашвили), каждое из них обладает безупречным провенансом и интересной историей бытования.

 

Миллион легенд и правда живописи

Нико Пиросманашвили.Фотография. 1916

В 1912 году Михаил Ле-Дантю и Илья Зданевич во время поездки в Грузию «открыли» художника-самоучку Нико Пиросмани. Его картины, созвучные самым смелым художественным идеям эпохи, сопоставимы с произведениями примитивиста Анри Руссо. Для грузинских художников «нового» поколения картины Нико Пиросмани явились примером свободного от академической косности «чистого» искусства. Произведения Пиросмани, впервые показанные в России в 1913 году на выставке «Мишень», произвели огромное впечатление и на представителей русского авангарда. Влияние Пиросмани ощущается в работах Михаила Ларионова и Натальи Гончаровой периода увлечения примитивизмом.

Творчество Нико Пиросмани любят и ценят в России; достаточно хорошо известны легенды, с ним связанные. Любовь бедного художника к актрисе Маргарите стала частью мифа о Пиросмани и основой сюжета песни «Миллион алых роз». Большинство историй о жизни художника пока не имеют вещественных документальных подтверждений. «Нико Пиросмани до того растворился в народе, что нашему поколению трудно уловить черты его индивидуальной жизни. Его будни так таинственны, что, пожалуй, ему придется остаться без обычной биографии…» Эти слова были написаны в 1926 году, но они справедливы и по сей день.

Выставка «Грузинский авангард…» предоставляет редкую возможность увидеть вместе шедевры Нико Пиросмани: сцены застолья («Семейная компания», ГТГ, «Обед тифлисских торговцев с граммофоном», собрание Шалвы Бреуса, Москва), изображения животных («Лань», собрание Валентина Шустера, Санкт-Петербург, «Погонщик  с верблюдом», собрание Игоря Сановича, Москва), портреты («Портрет Ильи Зданевича», собрание Валентина Шустера, Санкт-Петербург, «Князь с рогом вина», ГРМ), картины на исторические сюжеты («Морской бой. Русско-японская война»). Все эти работы обладают очень сильной энергетикой. Они переносят зрителя в созданный художником мир, дают представление о реальной и воображаемой жизни грузинского города и деревни начала XX века, о народных традициях, типажах, архитектуре, быте и национальной культуре.

Нико Пиросмани (Пиросманашвили), Семейная компания. 1906

Нико Пиросмани (Пиросманашвили), Морской бой. Русско-японская война. 1906

Нико Пиросмани (Пиросманашвили), Брат и сестра. Сцена из пьесы В. Гуния, «Брат и сестра»

Нико Пиросмани (Пиросманашвили), Девочка и гусыня с гусятами. 1917

Нико Пиросмани (Пиросманашвили), Карачохели (дворянин) с рогом вина

 

Грузинские модернисты в Париже

Творчеством Пиросмани увлекались и интересовались два других героя выставки – художники Ладо Гудиашвили и Давид Какабадзе. Гудиашвили познакомился с Пиросмани в 1915 году, и, несомненно, эта встреча оказала влияние на молодого художника. В своих работах он также передает атмосферу грузинской жизни, ее колорит и ритмы. Однако стиль Гудиашвили, сложившийся под влиянием родной культуры и персидских миниатюр и отшлифованный во время пятилетнего пребывания в Париже, отличается изысканностью, неповторимой элегантностью и утонченностью. В Париже Гудиашвили быстро окунулся в круговорот художественной жизни, познакомился и подружился с Амадео Модильяни, Пабло Пикассо, Фернаном Леже и другими художникам, бывшими частью того круга, который сегодня мы называем «парижской школой». Работы Гудиашвили выставлялись на Осеннем салоне и пользовались успехом. В Париже у него появились не только друзья, но и ценители его таланта, с удовольствием приобретавшие работы художника.

Ладо Гудиашвили. Зеленые феи. 1925

Большая часть произведений Ладо Гудиашвили, представленная на выставке в Пушкинском, относится именно к парижскому периоду, который по праву считается наиболее ярким и самобытным в его творчестве. Знаменитый художественный критик Морис Рейналь, автор первой монографии, посвященной Л. Гудиашвили (опубликована в 1925 году в Париже), так описывает его работы: «Будучи воплощено в исключительно национальном духе, оно [творчество] представляет нам повседневные сцены грузинской жизни. Женщины и воины с удивительным разрезом глаз – истинные дети народа живого, воинственного, опьяненного жизнью на свежем воздухе, горными просторами, быстрой верховой ездой и всяческими приключениями. Вот они сражаются, вот разгульно пируют, вот они танцуют, вот утешаются любовью, и чуть ли не все это, если можно так выразиться, – верхом на коне, ибо конь в жизни грузина играет самую значительную роль».

Картины Гудиашвили очень поэтичны и наполнены символами. В сюжетах и персонажах, которых художник делает героями своих произведений, нашли отражение самобытность его таланта и постоянная тоска по родине, преследовавшая его даже в самые счастливые и удачные парижские годы. В 1925 году Гудиашвили принял решение вернуться в Грузию, несмотря на широкие возможности, которые открыл для него художественный мир Парижа.

 

Открытия Давида Какабадзе

Грузинские художники в Париже.Слева направо: Т. Пиралишвили, Л. Гудиашвили, Д. Какабадзе, Е. Ахвледиани. 1925

Давид Какабадзе, как и его друзья Ладо Гудиашвили и Шалва Кикодзе, получил стипендию от Грузинского общества художников. Какабадзе и Гудиашвили приехали в Париж вместе 1 января 1920 года. Оба художника сразу полюбили этот город, часто бродили по парижским площадям и улочкам, делая карандашные зарисовки, но их стиль сильно различался. С тонкими, изломанными линиями набросков Ладо контрастировали сочные карандашные зарисовки Давида Какабадзе. Грузия была источником вдохновения для обоих, но в картинах Какабадзе видно, что его прежде всего привлекала природа родной земли. Также его восхищала архитектура древних грузинских храмов, особенно сложные узоры каменных рельефов, украшавшие их стены. Изучением этих орнаментов Давид Какабадзе специально занимался и даже написал по ним целое исследование с авторскими зарисовками.

Кроме нескольких ранних работ, выполненных в реалистическом ключе, на выставке представлены в основном абстрактные произведения Давида Какабадзе, относящиеся к парижскому периоду. Переход художника к абстракции можно проследить благодаря акварелям из серии «Бретань». Именно отправившись в 1921 году в эту северо-западную провинцию Франции, художник начал создавать сначала реалистические, затем кубистические и, наконец, биоморфные изображения бретонских домов, а также лодок на воде.

Давид Какабадзе был художником-экспериментатором и исследователем. Будучи инженером по образованию (Какабадзе учился на факультете естествознания Петербургского университета), он увлекался механизмами и стремился постичь принципы их работы. В 1922 году Какабадзе сам создал кинопроекционный стереоаппарат, дающий возможность видеть трехмерное изображение без использования очков. Художник получил патент на это изобретение во многих странах (Франции, США, Великобритании, Германии, Дании, Испании, Бельгии, Италии, Венгрии и др.). Было создано акционерное общество, благодаря деятельности которого Давид смог собрать аппарат и получить первые изображения, однако ввиду нехватки средств дальше этого дело не пошло. Позднее на основе этих поисков и открытий художник создал коллажи (или, как их назвали впоследствии, конструктивно-декоративные композиции), которые следует считать его особым достижением в изобразительном искусстве. В качестве материала он использовал дерево, металлические детали, линзы, зеркала, оставшиеся от его изобретений. Созданные при этом изображения приближены к органическим, эмбриональным формам. Художник одним из первых использовал пульверизатор для раскраски фона. Неотъемлемой частью композиций явились придуманные им же рамы – деревянные или металлические, оформленные различными деталями.

Кинопроекционный стереоаппарат. Изобретение Давида Какабадзе. Париж. 1924

Творчество Давида Какабадзе не так хорошо знакомо российской публике, как оно того заслуживает. Большая часть его работ, представленных на выставке, происходит из частных собраний. Единственное произведение Какабадзе из коллекции Третьяковской галереи было передано в дар музею Георгия Костаки. Надо отметить, что коллекционеры авангарда всегда высоко ценили произведения Какабадзе. Так, Катрин Дрейер, американская художница, коллекционер и арт-критик, сделавшая много для популяризации авангардного искусства в США, в середине 1920−х годов приобрела абстрактную скульптуру Давида Какабадзе и несколько его акварелей. Таким образом работы грузинского художника оказались в Нью-Йорке на Бруклинской международной выставке, которая прошла в том же 1926 году, а затем – в коллекции художественной галереи Йельского университета, куда Дрейер передала в дар богатейшую коллекцию модернистского искусства.

После возвращения Давида Какабадзе и Ладо Гудиашвили на родину их судьбы сложились по-разному, но оба художника успели поработать в кино и театре. Вместе они выступили художниками-оформителями немого черно-белого фильма «Саба». Гудиашвили работал над фильмами «Хабарда», «Обреченные», «Развод» и другими. Несомненным шедевром Д. Какабадзе явился документальный фильм «Соль Сванетии». Фрагменты этих и других грузинских фильмов 1920 – 1930−х годов демонстрируются в экспозиции.

Ладо Гудиашвили, Кони. 1921

 

Ладо Гудиашвили, После кутежа. 1922

 

Давид Какабадзе. Абстрактная композиция. 1921

 

Давид Какабадзе. Конструктивно-декоративная композиция. 1925

 

Давид Какабадзе (слева) и Шалва Кикодзе в Париже. 1920

 

Театральные эскизы

Братьям Кириллу и Илье Зданевичам принадлежит заслуга открытия для художественной общественности творчества Нико Пиросмани

Отдельная часть выставки посвящена театральным работам грузинских художников. Революционные преобразования грузинского театра связаны прежде всего с деятельностью режиссеров Котэ Марджанишвили (1872–1933) и Сандро Ахметели (1887–1937). Опытный К. Марджанишвили, приняв руководство тбилисским Театром им. Шота Руставели, нашел одаренных молодых художников – Ираклия Гамрекели и Петре Оцхели, их работы начала 1920−х были прорывом, сопоставимым с тем, что делали в русском театре конструктивисты. Первым экспериментом была несостоявшаяся постановка «Мистерии-буфф» В. Маяковского, оформление которой было поручено И. Гамрекели.

Кирилл Зданевич. Супрематическая декорация. 1925

Театральные эскизы П. Оцхели, И.Г амрекели, К. Зданевича – яркие, необычные, футуристические – знакомят посетителей выставки с творческой обстановкой Тифлиса 1920 – 1930−х годов, неотъемлемой составляющей которой были знаменитые артистические кафе «Химериони», «Ладья аргонавтов», «Хвост павлина». Стены этих необычных заведений были расписаны Л. Гудиашвили и Д. Какабадзе, С. Судейкиным и М.  Тоидзе. В них собирались грузинские поэты, писатели, художники и философы, а также их русские собратья по цеху, бежавшие от голода и революции в теплый и гостеприимный Тифлис (так до 1936 года называлась столица Грузии). Там же рождались те самые стихи и пьесы, которые позже публиковались знаменитой группой «41 градус», созданной по инициативе И. Терентьева, А. Крученых и И. Зданевича. Некоторые из этих изданий также демонстрируются на выставке, дополняя многообразную и яркую картину художественной жизни Тифлиса первой трети XX века.

Всего в экспозиции «Грузинского авангарда» представлено более 200 живописных и графических произведений. К выставке было подготовлено издание, включающее ряд научных статей, написанных международным коллективом авторов, каталог, а также альбомную часть. Иллюстрации и материалы каталога были предоставлены в том числе и музеями Грузии, с энтузиазмом откликнувшимися на предложение о сотрудничестве. Выставка грузинского авангарда в ГМИИ им. А.С. Пушкина – это международный проект, который призван подчеркнуть значение диалога между двумя странами, чьи история и культура неразрывно связаны на протяжении столетий крепкими узами.

Кирилл Зданевич.Эскиз испанского костюма. 1910 -е

 

 

 Ираклий Гамрекели. Эскиз декорации к спектаклю «Ламара». 1930

 

 

Ираклий Гамрекели. Эскиз декорации к спектаклю «Мисте­рия-буфф». 1924

 

 

Портрет Кирилла Зданевича работы Зигмунта Валишевского

 

 

Илья Зданевич

 

 

 

 



Вернуться назад